| Вот так вот запросто — из человека в лед,
| Ось так ось запросто — з людини в лід,
|
| Слишком часто — тоже перебор.
| Занадто часто теж перебір.
|
| Руки, остывая, уже не дарят тепла,
| Руки, остигаючи, вже не дарують тепла,
|
| Когда твердеет сердце, твердеют и глаза.
| Коли твердіє серце, твердніють і очі.
|
| Этот пустынный океан души
| Цей пустельний океан душі
|
| Съедает блуд и бодяженный гашиш,
| З'їдає блуд і бодяжений гашиш,
|
| Ты не на шиш не приблизишься, скажи,
| Ти не на шиш не наблизишся, скажи,
|
| Что дали тебе эти этажи?
| Що тобі дали ці поверхи?
|
| Пластмассовое тепло пластмассовых рук,
| Пластмасове тепло пластмасових рук,
|
| Тонкая грань — любовник и друг,
| Тонка грань - коханець і друг,
|
| Чуть ниже, чем надо, чуть ближе к костру,
| Трохи нижче, ніж треба, трохи ближче до вогнища,
|
| Где-то в третьем часу, когда соседи уснут.
| Десь о третій годині, коли сусіди заснуть.
|
| Знаешь, тебе больше не быть принцессой
| Знаєш, тобі більше не бути принцесою
|
| Написанной пьесы, задолго до прессы,
| Написаної п'єси, задовго до преси,
|
| Только ты и это рваное кресло,
| Тільки ти і це рване крісло,
|
| Как и ты, забытое кем-то.
| Як і ти, забуте кимось.
|
| Юность путает любовь с сексом,
| Юність плутає кохання з сексом,
|
| Эти движения так далеки от сердца,
| Ці рухи такі далекі від серця,
|
| Руки, остывая, уже не дарят тепла,
| Руки, остигаючи, вже не дарують тепла,
|
| Теперь и ты навсегда — зима… | Тепер і ти назавжди — зима... |