| В брюхе дугласа ночью скитался меж туч
| У череві дугласа вночі тинявся між хмарами
|
| И на звезды глядел,
| І на зірки дивився,
|
| И в кармане моем заблудившийся ключ
| І в кишені моєму заблуканий ключ
|
| Все звенел не у дел,
| Все дзвеніло не у справ,
|
| И по сетке скакал надо мной виноград,
| І по сітці скакав наді мною виноград,
|
| Акробат от тоски;
| Акробат від туги;
|
| Был далек от меня мой родной Ленинград,
| Був далекий від мене мій рідний Ленінград,
|
| И все ближе — пески.
| І все ближче — піски.
|
| Бессеребряной сталью мерцало крыло,
| Безсрібною сталлю мерехтіло крило,
|
| Приближаясь к луне,
| Наближаючись до місяця,
|
| И чучмека в папахе рвало, и текло
| І чучмека в папаху рвало, і текло
|
| Это под ноги мне.
| Це мені під ноги.
|
| Бился льдинкой в стакане мой мозг в забытьи:
| Бився крижинкою в склянці мій мозок в забутті:
|
| Над одною шестой
| Над однією шостою
|
| В небо ввинчивал с грохотом нимбы свои
| У небо вкручував з гуркотом німби свої
|
| Двухголовый святой.
| Двоголовий святий.
|
| Я бежал от судьбы, из-под низких небес,
| Я втік від долі, з-під низьких небес,
|
| От распластанных дней,
| Від розпластаних днів,
|
| Из квартир, где я умер и где я воскрес
| З квартир, де я помер і де я воскрес
|
| Из чужих простыней;
| З чужих простирадл;
|
| От сжимавших рассудок махровым венцом
| Від стислих розум махровим вінцем
|
| Откровений, от рук,
| Одкровень, від рук,
|
| Припадал я к которым и выпал лицом
| Припадав я до якого і випав обличчям
|
| Из которых на юг.
| Із яких на південь.
|
| Cчастье этой земли, что взаправду кругла,
| Щастя цієї землі, що кругла,
|
| Что зрачок не берет
| Що зіниця не бере
|
| Из угла, куда загнан, свободы угла,
| З кута, куди загнаний, свободи кута,
|
| Но и наоборот;
| Але і навпаки;
|
| Что в кошачьем мешке у пространства хитро
| Що в котячому мішку у простору хитро
|
| Прогрызаешь дыру,
| Прогризаєш дірку,
|
| Чтобы слез европейских сушить серебро
| Щоб сліз європейських сушити срібло
|
| На азийском ветру.
| На Азійському вітрі.
|
| Что на свете — верней, на огромной вельми,
| Що на світі — вірніше, на величезної вельми,
|
| На одной из шести —
| На одній із шести —
|
| Что мне делать еще, как не хлопать дверьми
| Що мені робити ще, як не ляскати дверима
|
| Да ключами трясти!
| Так ключами трясти!
|
| Ибо вправду честней, чем делить наш ничей
| Бо справді чесніше, ніж ділити наш нічий
|
| Круглый мир на двоих,
| Круглий світ на двох,
|
| Променять всю безрадостность дней и ночей
| Проміняти всю безрадість днів і ночей
|
| На безадресность их.
| На безадресність їх.
|
| Дуй же в камни мои не за совесть и страх,
| Дуй же в камені мої не за сумління і страх,
|
| Но за совесть и стыд.
| Але за совість і сором.
|
| Захлебнусь ли в песках, разобьюсь ли в горах
| Захлинусь|чи в|пісках, розіб'юся|чи в|горах
|
| Или бог пощадит —
| Або бог пощадить —
|
| Все едино, как сбившийся в строчку петит
| Все одно, як петит, що збився в рядок.
|
| Смертной памяти для:
| Смертна пам'ять для:
|
| Мегалополис туч гражданина ль почтит,
| Мегалополіс хмар громадянина ль поважить,
|
| Отщепенца ль — Земля.
| Відщепенця ль — Земля.
|
| Hо, услышишь, когда не найдешь меня ты Днем при свете огня,
| Hо, почуєш, коли не найдеш мене ти Днем при світлі вогню,
|
| Как в Быково на старте грохочут винты:
| Як у Биково на старті гуркочуть гвинти:
|
| Это — помнят меня
| Це — пам'ятають мене
|
| Зеркала всех радаров, прожекторов, лик
| Дзеркала всіх радарів, прожекторів, обличчя
|
| Мой хранящих внутри;
| Мій зберігають усередині;
|
| И внехрамовый хор — из динамика крик
| І позахрамовий хор — з динаміка крик
|
| Грянет медью: смотри!
| Гримне міддю: дивись!
|
| Tам летит человек! | Там летить людина! |
| Hе грусти! | Hе суму! |
| Улыбнись!
| Усміхнись!
|
| Oн таращится вниз
| Він витріщиться вниз
|
| И сжимает в руке виноградную кисть,
| І стискає в руці виноградну кисть,
|
| Словно бог Дионис. | Немов бог Діоніс. |