| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Я видел пристань! | Я бачив пристань! |
| Видел! | Бачив! |
| Шепчу неистово.
| Шепчу несамовито.
|
| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Он есть! | Він є! |
| Он есть! | Він є! |
| Шепчу неистово
| Шепчу несамовито
|
| На окнах решетки, приседая доедает похлепку
| На вікнах ґрат, присідаючи доїдає хльопляння
|
| Холодный пол, холодный воздух и пот холодный
| Холодна підлога, холодне повітря і піт холодний
|
| Стены исписаны буквами, цифрами
| Стіни списані буквами, цифрами
|
| Здесь те кто ожидают смерти
| Тут ті, хто очікує смерті
|
| И те кого ждет она
| І те кого чекає вона
|
| -Парацельс, готовься!, — стражник крикнул в дверь
| -Парацельс, готуйся!, - стражник крикнув у двері
|
| -Через полчаса будут судить тебя, зверь
| -За півгодини судитимуть тебе, звір
|
| И кто-то, глубоко в склепе
| І хтось, глибоко в склепі
|
| В полумраке, полусвете улыбнулся и тихо вымолвил:
| У напівтемряві, напівсвітлі усміхнувся і тихо вимовив:
|
| -Теперь.
| -Тепер.
|
| Через своды лабиринтов, коридоров — прямо в суд
| Через склепіння лабіринтів, коридорів - прямо в суд
|
| Люди в мантиях, капюшонах, простой люд
| Люди в мантіях, капюшонах, простий люд
|
| Читали правила, свод законов, били в грудь
| Читали правила, зведення законів, били в груди
|
| Плевали в лицо, лупили розгами — сломали прут
| Плювали в обличчя, лупили різками — зламали прут
|
| -Известный как «Парацельс», Вас завтра сожгут на костре!
| - Відомий як «Парацельс», Вас завтра спалять на багатті!
|
| -Инквизицией вы признаны виновным в колдовстве!
| -Інквізицією ви визнані винним у чаклунстві!
|
| Он устремил взор в того кто говорил:
| Він спрямував погляд у того, хто говорив:
|
| -А кто вы?
| -А хто ви?
|
| -Слуга Божий!
| -Слуга Божий!
|
| -Чтож, думаю Бог разочарован.
| -Щож, думаю Бог розчарований.
|
| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Я видел пристань! | Я бачив пристань! |
| Видел! | Бачив! |
| Шепчу неистово.
| Шепчу несамовито.
|
| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Он есть! | Він є! |
| Он есть! | Він є! |
| Шепчу неистово
| Шепчу несамовито
|
| Разложили костер, еще раз прочли приговор
| Розклали багаття, ще раз прочитали вирок
|
| Чернь на площадь выползла из нор, не смотря на мор
| Чернь на площа виповзла з нір, незважаючи на мор
|
| -Отрекись от демонов, последний раз заклинаю я!
| -Зречись від демонів, останній раз заклинаю я!
|
| -Сожалению, не знаком с ним — то Ваши друзья.
| -Жаль, не знаком з ним — то Ваші друзі.
|
| Зажгли
| Запалили
|
| Толпа зевак отметила как светел был лик его
| Натовп роззяв відзначив як світле було обличчя його
|
| И как далек был страх, ни единого крика
| І як далекий був страх, жодного крику
|
| Сгорел с улыбкой на устах
| Згорів з посмішкою на вустах
|
| -Знать то был знак!, — решили, — Он был точно ведьмак!
| -Знати то був знак!, — вирішили, — Він був точно відьмак!
|
| Темной ночью, в самый мрачный час предрасветный
| Темної ночі, в найпохмурішу годину передсвітлену
|
| Заметил часовой на площади — таясь крался еретик
| Помітив вартовий на площі — таючись крався єретик
|
| Собрал старательно пепел, тот его окрикнул,
| Зібрав старанно попіл, той його окрикнув,
|
| Но ветер поднял пыль, пыль осела.
| Але вітер підняв пил, пил осів.
|
| Еретика и след простыл
| Єретика і слід простудів
|
| Понуро плелся конь под небом хмурым
| Похмуро плентався кінь під небом похмурим
|
| И урну к груди наездник прижимал как мать дитя Сатурна
| І урну до груди наїзник притискав як мати дитини Сатурна
|
| -Учитель!,-шептал он,-Я поверил!
| -Учитель!,-Шептав він,-Я повірив!
|
| Через месяц видели что Парацельс лечил детей в далекой Греции
| Через місяць бачили, що Парацельс лікував дітей у далекій Греції.
|
| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Я видел пристань! | Я бачив пристань! |
| Видел! | Бачив! |
| Шепчу неистово.
| Шепчу несамовито.
|
| Что не умеем объяснять называем «мистика»
| Що не вміємо пояснювати називаємо «містика»
|
| В перегонных кубах остывала истина
| У перегінних кубах остигала істина
|
| Однажды все из нас будут призваны
| Якось усі з нас будуть покликані
|
| Он есть! | Він є! |
| Он есть! | Він є! |
| Шепчу неистово | Шепчу несамовито |