| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек.
| Ікони страшних п'ятиповерхівок.
|
| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек.
| Ікони страшних п'ятиповерхівок.
|
| В аромате хмельном джентльмены пускают дым,
| В ароматі хмільному джентльмени пускають дим,
|
| Их дамы прячут брови пушистые в шали душистые.
| Їхні дами ховають брови пухнасті в шалі запашні.
|
| Мы плывём так давно, что забыли, откуда мы, куда мы,
| Ми пливемо так давно, що забули, звідки ми, куди ми,
|
| Из какой вышли пристани, и какой приз в конце.
| З якої вийшли пристані, і який приз у кінці.
|
| Цепи-цепи тянут на дно в сети, в сети к осьминогам,
| Ланцюги-ланцюги тягнуть на дно в мережі, в мережі до восьминог,
|
| К браконьерам в логово, но много нас, а их немного.
| До браконьєрів у лігво, але багато нас, а їх небагато.
|
| Где у них яблочный спас? | Де в них яблучний урятував? |
| Где у них нефть, где у них газ?
| Де в них нафту, де в них газ?
|
| У них унисекс, а у нас — квас, иконостас — Михайлов Стас.
| У них унісекс, а в нас квас, іконостас Михайлов Стас.
|
| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек.
| Ікони страшних п'ятиповерхівок.
|
| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек.
| Ікони страшних п'ятиповерхівок.
|
| Говорят, что причала нет, мы обречены, и где-то
| Кажуть, що причалу немає, ми приречені і десь
|
| Кто-то злой на нас без конца с берега пялится.
| Хтось злий на нас без кінця з берега таращиться.
|
| ГМО, НЛО присылает от сатаны с приветом.
| ГМО, НЛО надсилає від сатани із привітом.
|
| Здесь помои и грязь давно, скоро совсем на дно
| Тут помої та бруд давно, скоро зовсім на дно
|
| Но я кричу:
| Але я кричу:
|
| «Долой атеизма мутные мысли, протестантов грязные пятки,
| «Геть атеїзму каламутні думки, протестантів брудні п'яти,
|
| Непотопляемую отчизну дьяволу не уложить на лопатки!»
| Непотоплювану вітчизну дияволу не вкласти на лопатки!
|
| Видели все петербургские улицы, как из помоев и грязи
| Бачили всі петербурзькі вулиці, як із помиїв та бруду
|
| Безликою вязью кириллицы гладко рисуется слово великое
| Безликою в'яззю кирилиці гладко малюється слово велике
|
| Россия! | Росія! |
| Россия! | Росія! |
| Россия!
| Росія!
|
| Россия! | Росія! |
| Россия!
| Росія!
|
| Сердце не требует перемен,
| Серце не вимагає змін,
|
| Дремлет в каюте усталый Цой.
| Дрімає в каюті втомлений Цой.
|
| Как песни нянины, гул сирен,
| Як пісні няніни, гул сирен,
|
| Дыры от пуль, как её лицо.
| Дірки від куль, як її обличчя.
|
| Сняли цветные маски свои
| Зняли кольорові маски свої
|
| Pussy Riot тоскливо,
| Pussy Riot сумно,
|
| Они так хороши без них,
| Вони такі гарні без них,
|
| Они очень красивы.
| Вони дуже гарні.
|
| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек.
| Ікони страшних п'ятиповерхівок.
|
| Разбитый ковчег всплывает со дна,
| Розбитий ковчег виринає з дна,
|
| И вечно жить нам, и вечно плыть нам,
| І вічно жити нам, і вічно плисти нам,
|
| Искать счастье там, где плачут даже
| Шукати щастя там, де навіть плачуть
|
| Иконы страшных пятиэтажек. | Ікони страшних п'ятиповерхівок. |