| Полумрак, полукруг, полутрепетный рот итальянское тянет вино,
| Напівтемрява, півколо, напівтрепетний рот італійське тягне вино,
|
| И сливается блеклая зелень банкнот с ярким цветом сукна казино.
| І зливається блякла зелень банкнот з яскравим кольором сукна казино.
|
| «Бабки» вместо берёз шелестят над Масквой, «Мерседесы» да девки-огонь,
| «Бабки» замість берез шелестять над Москвою, «Мерседеси» та дівки-вогонь,
|
| Но понятия здесь поросли трын-травой, нарушает закон шелупонь.
| Але поняття тут поросли трин-травою, порушує закон шелупонь.
|
| Мой товарищ прожил за хозяином жизнь, уважая своих сыскарей,
| Мій товариш прожив за господарем життя, поважаючи своїх сискарів,
|
| И его ранним утром патрон уложил на проталину в старом дворе.
| І його рано-вранці патрон уклав на проталіну в старому дворі.
|
| Но не тронули нас и не тронули их в день, когда хоронили дружка.
| Але не торкали нас і не торкали їх день, коли ховали дружка.
|
| А сегодня стреляют за пару «косых», не сумев разделить два «куска».
| А сьогодні стріляють за пару «косих», не зумівши розділити два «шматки».
|
| Припев:
| Приспів:
|
| А воры законные — люди очень милые, ну, все мои знакомые (а многие — любимые)
| А злодії законні — люди дуже милі, ну, всі мої знайомі (а багато — улюблені)
|
| Вспоминают молодость да ночами маются — вера их ломается.
| Згадують молодість і ночами маються — віра їх ламається.
|
| То, что было когда-то до боли родным, то сегодня за грош продадут.
| Те, що було колись до рідної, то сьогодні за гроші продадуть.
|
| Осень рыжим хвостом заметает следы те, которые к храму ведут.
| Осінь рудим хвостом замітає сліди ті, які до храму ведуть.
|
| Плачут лики святых православных икон и евреи забыли Талмуд,
| Плачуть лики святих православних ікон і євреї забули Талмуд,
|
| И играет мышцой у ларьков шелупонь, и поют «петухи» про тюрьму.
| І грає м'язом у ларьків шелупонь, і співають «півні» про в'язницю.
|
| Припев:
| Приспів:
|
| А воры законные (да, на страну их несколько) — люди очень скромные и на правду
| А злодії законні (так, на країну їх кілька) — люди дуже скромні і на правду
|
| резкие,
| різкі,
|
| А правда — вещь хорошая, да, только позабытая, вдребезги разбитая.
| А правда — річ хороша, так, тільки забута, вщент розбита.
|
| Мне когда-то полярный единственный круг заменял ада девять кругов,
| Мені колись полярне єдине коло замінювало пекла дев'ять кіл,
|
| А сегодня я розы для верных подруг разменяю на розы ветров.
| А сьогодні я троянди для вірних подруг розміняю на троянди вітрів.
|
| Улетают подруги в чужие края за российский больной горизонт,
| Відлітають подруги в чужі краї за російський хворий горизонт,
|
| А вот раньше им дома хватало тряпья, ведь воры соблюдали закон.
| А ось раніше їм вдома вистачало ганчір'я, адже злодії дотримувалися закону.
|
| Припев:
| Приспів:
|
| А воры законные — люди очень милые, ну, все мои знакомые (а многие — любимые)
| А злодії законні — люди дуже милі, ну, всі мої знайомі (а багато — улюблені)
|
| Вспоминают молодость да ночами маются — вера их ломается.
| Згадують молодість і ночами маються — віра їх ламається.
|
| Полукруг, полумрак, полутрепетный рот итальянское тянет вино,
| Півколо, напівтемрява, напівтрепетний рот італійське тягне вино,
|
| И сливается блеклая зелень банкнот с ярким цветом сукна казино.
| І зливається блякла зелень банкнот з яскравим кольором сукна казино.
|
| «Бабки» вместо берёз шелестят над страной, «Мерседесы» да девки-огонь,
| «Бабки» замість берез шелестять над країною, «Мерседеси» та дівки-вогонь,
|
| Но понятия здесь поросли трын-травой, нарушает закон шелупонь.
| Але поняття тут поросли трин-травою, порушує закон шелупонь.
|
| Но понятия здесь поросли трын-травой, нарушает закон шелупонь. | Але поняття тут поросли трин-травою, порушує закон шелупонь. |