| Летели к чёрту облака с большой скоростью
| Летіли до біса хмари з великою швидкістю
|
| Я знал, что должно случиться осенью
| Я знав, що має статися восени
|
| Глаза и волосы мои выцветут
| Очі та волосся моє вицвітуть
|
| А твои станут чёрными с проседью
| А твої стануть чорними з сивиною
|
| Как больно осенью горло сжимается
| Як боляче восени горло стискається
|
| Как жаль, но я разучился плакать
| Як шкода, але я розучився плакати
|
| И не умея словами всё это высказать
| І не вміючи словами все це висловити
|
| Упал... Упал всем телом в осеннюю слякоть.
| Упав... Впав усім тілом у осінню сльоту.
|
| Я умираю на качелях!
| Я вмираю на гойдалці!
|
| Я ненавижу этот спорт!
| Я ненавиджу цей спорт!
|
| Как вы любили, куда смотрели?!
| Як ви любили, куди дивилися?
|
| Что наше небо кто-то стёр
| Що наше небо хтось стер
|
| Расчёты компьютеров оказались неверными
| Розрахунки комп'ютерів виявилися невірними
|
| В кострах красно-жёлтых сгорело последнее лето
| В багаттях червоно-жовтих згоріло останнє літо
|
| Мне кашлем твоим окна в комнате вышибло
| Мені кашлем твоїм вікна в кімнаті вибило
|
| Да, я стал суеверным слишком, наверное
| Так, я став забобонним занадто, напевно
|
| А люди по-прежнему верили в праздники
| А люди, як і раніше, вірили у свята
|
| За хлебным мякишем не видя большего
| За хлібним м'якушем не бачачи більшого
|
| В надгробных надписях так мало спорного
| У надгробних написах так мало спірного
|
| Не жаль реального - жаль иллюзорного
| Не шкода реального – шкода ілюзорного
|
| Я умираю на качелях!
| Я вмираю на гойдалці!
|
| Я ненавижу этот спорт!
| Я ненавиджу цей спорт!
|
| Как вы любили, куда смотрели?!
| Як ви любили, куди дивилися?
|
| Что наше небо кто-то стёр | Що наше небо хтось стер |