| Когда над Ладогой мороз трещит крутой,
| Коли над Ладогою мороз тріщить крутий,
|
| Поёт метель про снежные просторы,
| Співає хуртовина про снігові простори,
|
| То слышится в суровой песне той —
| То чується в суворій пісні тієї
|
| Гудят, гудят полуторок моторы.
| Гудять, гудуть півтора мотори.
|
| Пуржит пурга, стервятники бомбят,
| Пуржить пурга, стерв'ятники бомбять,
|
| Дырявят лёд фашистские снаряды,
| Дірявлять лід фашистські снаряди,
|
| Но не замкнуть врагу кольцо блокады
| Але не замкнути ворогові кільце блокади
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград,
| Ідуть машини з хлібом у Ленінград,
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград.
| Ідуть машини з хлібом до Ленінград.
|
| Сквозь сто смертей тогда полуторки неслись,
| Крізь сто смертей тоді півторки мчали,
|
| Сто раз на них обрушивалось небо,
| Сто разів на них обрушувалося небо,
|
| Но слово «хлеб» равнялось слову «жизнь»,
| Але слово «хліб» дорівнювало слову «життя»,
|
| А если жизнь, то значит и победа.
| А якщо життя, то значить і перемога.
|
| И верил город в гуле канонад,
| І вірив місто в гулу канонад,
|
| Что вся страна живёт его тревогой.
| Що вся країна живе його тривогою.
|
| И потому ледовою дорогой
| І потому льодовою дорогою
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград,
| Ідуть машини з хлібом у Ленінград,
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград.
| Ідуть машини з хлібом до Ленінград.
|
| Отполыхали в небе всполохи войны,
| Відпочивали в небі сполохи війни,
|
| Где шли бои — поля лежат без края.
| Де йшли бої — поля лежать без краю.
|
| И зреет хлеб, и нет ему цены,
| І зріє хліб, і немає ціни,
|
| И катит волны Ладога седая.
| І котить хвилі Ладога сива.
|
| Над нею годы мирные летят,
| Над нею роки мирні летять,
|
| Пройдут века, но будут слышать люди,
| Пройдуть століття, але будуть чути люди,
|
| Как сквозь пургу мороз и гром орудий
| Як крізь завірюху мороз і гром гармат
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград,
| Ідуть машини з хлібом у Ленінград,
|
| Идут машины с хлебом в Ленинград. | Ідуть машини з хлібом до Ленінград. |