| Помню, когда я был школьником, сильно напился.
| Пам'ятаю, коли я був школярем, сильно напився.
|
| В подвал затащили меня и раздели девчонки.
| У підвал затягли мене і роздягнули дівчата.
|
| Я был сконфужен, сердце тревожно билось:
| Я був збентежений, серце тривожно билося:
|
| Никак не мог понять, как такое случилось.
| Ніяк не міг зрозуміти, як таке трапилося.
|
| Вот так потерял свое имя.
| Отак втратив своє ім'я.
|
| В темном подвале лежал я, слабый и голый.
| У темному підвалі лежав я, слабкий і голий.
|
| Они смеялись, надо мной надругались.
| Вони сміялися, з мене поглумилися.
|
| Как зуботычины, смех их, глаза — как уколы.
| Як зуботичини, сміх їх, очі— як уколи.
|
| Мне было стыдно, и я не пошел больше в школу.
| Мені було соромно, і я не пішов більше в школу.
|
| Вот так потерял свое имя.
| Отак втратив своє ім'я.
|
| На утро мама меня таблеткой кормила.
| На ранок мама мене пігулкою годувала.
|
| Надежной таблеткой от головной боли,
| Надійною пігулкою від головного болю,
|
| Но не залечишь таблеткой душевную рану —
| Але не залікуєш пігулкою душевну рану —
|
| Ведь ничего-ничего ты не знаешь, мама!
| Адже нічого-нічого ти не знаєш, мамо!
|
| Вот так потерял свое имя | Ось так втратив своє ім'я |