| На небе вороны, под небом монахи и я между ними в расшитой рубахе,
| На небі ворони, під небом ченці і між ними в розшитій сорочці,
|
| Лежу на просторе, легка и пригожа и солнце взрослее, и ветер моложе.
| Лежу на просторі, легка і гарна і сонце доросліше, і вітер молодший.
|
| Меня отпевали в громадине храма, была я невеста, прекрасная дама.
| Мене відспівували в храмі, була я наречена, прекрасна дама.
|
| Душа моя рядом стояла и пела, но люди, не веря, смотрели на тело.
| Душа моя поруч стояла і співала, але люди, не вірячи, дивилися на тіло.
|
| Судьба и молитва менялись местами, молчал мой любимый и крестное знамя,
| Доля і молитва мінялися місцями, мовчав мій коханий і хресний прапор,
|
| Лицо его светом едва освещало, простила его. | Обличчя його світлом ледь освітлювало, вибачила його. |
| Я ему все прощала.
| Я все прощала.
|
| Весна задрожав от печального звона, смахнула три капли на лики иконы,
| Весна затремтівши від сумного дзвону, змахнула три краплі на лики ікони,
|
| Что мирно покоилась между руками, её целовало веселое пламя.
| Що мирно лежала між руками, її цілувало веселе полум'я.
|
| Свеча догорела, упало кадило, Земля застонав, превращалась в могилу.
| Свічка догоріла, впало кадило, Земля застогнавши, перетворювалася на могилу.
|
| Я бросилась в небо за легкой синицей, теперь я на воле, я Белая Птица.
| Я кинулася в небо за легкою синицею, тепер я на волі, я Біла Птаха.
|
| злетев на прощание, кружась над родными, смеялась я, горя их не понимая.
| злетівши на прощання, кружляючи над рідними, сміялася я, горя їх не розуміючи.
|
| Мы встретимся вскоре, но будем иными, есть вечная воля, зовет меня стая. | Ми зустрінемося незабаром, але будемо іншими, є вічна воля, кличе мене зграя. |