| В каждом сердце есть живая рана, | У кожнім серці тліє рана жива, |
| В каждом сердце не оплачен плач, | В кожній душі не облічений плач, |
| Вышел на эстраду ресторана, | Вийшов на світло, де шум і розвага, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Жебрак у рубищі — скрипаль, мов ніч… |
| |
| А когда он медленно и верно | А коли він неквапно й невпинно |
| Поднимал потухшие глаза - | Підіймав згаслі очі в пітьму, |
| В зале замолкали все девчонки, | В залі дівчата стиха завмирали, |
| А в глазах застывшая слеза... | А в зіницях — сльоза, що стала вогнем… |
| |
| А скрипач раскачиваясь гибко, | І скрипаль, гойдаючись, гнучко й тривожно, |
| Строил горы с человечьих мук. | З мук людських зводив гори в тумані. |
| Он играл... О-о-о как рыдала скрипка | Він грав… О, як скрипка вила тривожно, |
| От его ошеломленных рук... | Від рук, приголомшених болем останнім… |
| |
| Скрипка, скрипка, - не могу я больше! | Скрипко, скрипко,— не здолаю болю! |
| Перестань родимая, не плачь! | Зупинись, моя рідна, не ридай! |
| Пусть тебя, как девушку нагую | Хай тебе, як дівчину оголену, |
| До утра ласкает твой скрипач... | До світанку голубить твій скрипаль… |
| |
| Скрипка, что оборванные нити, | Скрипко, мов нитки, що порвані з натуги, |
| Обмотала с головы до ног! | Обплутала з голови до п’ят! |
| В зале кто-то крикнул - повторите! | В залі хтось вигукнув — зіграйте ще раз! |
| Но скрипач играть уже не мог... | Та скрипаль вже не міг заграти знов… |
| |
| В каждом сердце есть больная рана, | У кожнім серці тліє хвороблива рана, |
| В каждом сердце не стихает плач, | В кожній душі не вщухає ридання, |
| Так и помер возле ресторана, | Так і згас він біля ресторану, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Жебрак у рубищі — скрипаль мовчазний… |
| |
| Так и помер возле ресторана, | Так і згас він біля ресторану, |
| Нищий и оборванный скрипач... | Жебрак у рубищі — скрипаль мовчазний… |