| Ой, чем богаты, прими, домовой,
| Ой, чим багаті, прийми, домовик,
|
| В наши двери пусть горе не стучится.
| У наші двері нехай горе не стукає.
|
| Ой, голодать нам уже не впервой,
| Ой, голодувати нам уже не вперше,
|
| Были бы накормлены мифы-небылицы.
| Були б нагодовані міфи-небилиці.
|
| Сюда никто никогда не придёт,
| Сюди ніхто ніколи не прийде,
|
| Болото окутала изморозь,
| Болото огорнула паморозь,
|
| Колыбельная лягушек про богоизбранность
| Колиска жаб про богообраність
|
| Разлетается по берегу издавна,
| Розлітається берегом здавна,
|
| Так яро восхваляя высохший камыш над избами.
| Так яро вихваляючи висохлий очерет над хатами.
|
| Мы на тысячу веков здесь одни,
| Ми на тисячу століть тут одні,
|
| Запутаны сами собой и оставлены гнить.
| Заплутані самі собою та залишені гнити.
|
| Чей-то голос выбивается и еле поёт -
| Чийсь голос вибивається і ледве співає
|
| «Всё, что ты себе создашь, то и твоё».
| «Все, що ти собі створиш, те й твоє».
|
| Повзрослевшие дети ещё не привыкли,
| Дорослі діти ще не звикли,
|
| Что никто не откликается в ответ на выкрик,
| Що ніхто не відгукується у відповідь на вигук,
|
| Не туда и не всегда долетает мольба,
| Не туди і не завжди долітає благання,
|
| И входящие сигналы не ловит радар.
| І вхідні сигнали не ловить радар.
|
| Мы открывали глаза посреди зимы,
| Ми розплющували очі посеред зими,
|
| Здесь у нас самих есть только сами мы.
| Тут у нас самих є лише ми.
|
| И внутри тишина, телескопы ребят,
| І всередині тиша, телескопи хлопців,
|
| И никто нас не спасёт от самих себя.
| І ніхто нас не врятує від себе.
|
| Воспитатели пугали детей в саду -
| Вихователі лякали дітей у саду
|
| «Если уйдёте за калитку, то вас украдут»,
| «Якщо підете за хвіртку, то вас вкрадуть»,
|
| И дети верили, вживались в эту игру,
| І діти вірили, вживалися у цю гру,
|
| Ведь когда такое было, что взрослые соврут?
| Адже коли таке було, що дорослі збрехають?
|
| Но по итогу нам открывался лайфхак -
| Але за підсумком нам відкривався лайфхак.
|
| Выдуманный ад для ребёнка и лоха,
| Вигадане пекло для дитини та лоха,
|
| И даже воронье летало и мучилось,
| І навіть вороння літало і мучилось,
|
| Когда на поле возвышалось добротное чучело.
| Коли на полі височіло добротне опудало.
|
| Если выдумать врага плохого и вечного,
| Якщо вигадати ворога поганого і вічного,
|
| То мы охотнее покупаем дорогую гречку.
| То ми охочіше купуємо дорогу гречку.
|
| «Нас окружили» - звучат новости на кухне, -
| «Нас оточили» - звучать новини на кухні, -
|
| «Но если мы затянем пояса, то запад рухнет».
| «Але якщо ми затягнемо паски, то захід звалиться».
|
| Сюда не посягнёт чужеродная орда,
| Сюди не посягне чужорідна орда,
|
| Если от своих сетей ты пароли все отдашь.
| Якщо від своїх мереж ти паролі все віддаси.
|
| Ради великого бога и против темной силы
| Заради великого бога і проти темної сили
|
| Мы у ядерных ракет танцуем с кадилом.
| Ми в ядерних ракетах танцюємо з кадилом.
|
| Ой, чем богаты, прими, домовой,
| Ой, чим багаті, прийми, домовик,
|
| В наши двери пусть горе не стучится.
| У наші двері нехай горе не стукає.
|
| Ой, голодать нам уже не впервой,
| Ой, голодувати нам уже не вперше,
|
| Были бы накормлены мифы-небылицы.
| Були б нагодовані міфи-небилиці.
|
| И сказал кто-то с крепкого похмела: -
| І сказав хтось із міцного похмелу: -
|
| «Ценен лишь ископаемый постулат».
| «Цінний лише викопний постулат».
|
| И взялись мы кивать, в унисон галдеть,
| І взялися ми кивати, в унісон галасувати,
|
| Строить мир, как у мёртвых давно людей.
| Будувати світ, як у мертвих давно людей.
|
| Культ и сила - о двух головах нам царь
| Культ і сила - про два голови нам цар
|
| Жизни жить надрываясь велит, как встарь.
| Життя жити надриваючись велить, як у давнину.
|
| Мздой и пытками держится издревле,
| Мздою і тортурами тримається з давніх-давен,
|
| Попустись, кабинет не забрызгай мне.
| Попустись, кабінет не забризкай мені.
|
| Культ и сила - прадавнее комбо.
| Культ і сила – найдавніше комбо.
|
| Вырвать и нашептать - это лучше, чем пломба.
| Вирвати і нашіптувати - це краще, ніж пломба.
|
| Выдумавший веру будет сам всемогущий,
| Видуманий віру буде сам всемогутній,
|
| Сын великой нации прикольней, чем грузчик.
| Син великої нації прикольніший, ніж вантажник.
|
| Вера слухам и сонникам, вера из глубин,
| Віра чуткам і сонникам, віра з глибин,
|
| Вера в силу наших несгибаемых дубин.
| Віра в силу наших незламних кийків.
|
| Потряси дубиной, если ты мужик,
| Потряси кийком, якщо ти мужик,
|
| Мы своей дубиной можем поиметь другой материк.
| Ми своїм кийком можемо мати інший материк.
|
| Поклонение большой дубине,
| Поклоніння великій дубині,
|
| Маленькой дубинкой постриг принял.
| Маленькою палицею постриг прийняв.
|
| Собачьи головы на сёдлах,
| Собачі голови на сідлах,
|
| Мерседесы на синих ведрах.
| Мерседес на синіх відрах.
|
| Коалиция мясистых господ
| Коаліція м'ясистих панів
|
| Уполномоченных, почти как господь.
| Уповноважених майже як господь.
|
| Чернь приветствует, рты широко разинув,
| Чернь вітає, роти широко роззявивши,
|
| По ту сторону пропасти вышедших из машины.
| По той бік прірви тих, що вийшли з машини.
|
| Льётся песня застольная,
| Льється пісня застільна,
|
| Отовсюду игрища гормональные,
| Звідусіль гормональні ігрища,
|
| Закусывает волостью первопрестольная,
| Закушує волістю першопрестольна,
|
| И будто заповедь слово первоканальное.
| І наче заповідь слово першокальне.
|
| В свободное время от выживания
| У вільний час від виживання
|
| С пряниками на площади народные гуляния.
| З пряниками на площі народні гуляння.
|
| Чтобы голову подняв по улице шёл,
| Щоб голову піднявши вулицею йшов,
|
| Над нашей глушью - авиашоу.
| Над нашою глушиною – авіашоу.
|
| Ой, чем богаты, прими, домовой,
| Ой, чим багаті, прийми, домовик,
|
| В наши двери пусть горе не стучится.
| У наші двері нехай горе не стукає.
|
| Ой, голодать нам уже не впервой,
| Ой, голодувати нам уже не вперше,
|
| Были бы накормлены мифы-небылицы. | Були б нагодовані міфи-небилиці. |