| Голод, третьи сутки холод,
| Голод, третя доба холод,
|
| Из потайных карманов лезет наружу осень…
| З потаємних кишень лізе назовні осінь.
|
| Я перестал смеяться, смех – это те же слезы,
| Я перестав сміятися, сміх – це ті ж сльози,
|
| Жаль, что опять напрасно, жаль, что опять все то же
| Жаль, що знову даремно, шкода, що знову все те ж
|
| Долго ещё до дома, сквозь темноту кордона,
| Довго ще до дому, крізь темряву кордону,
|
| Мимо трещащих окон, по тишине упругой
| Повз тріщачі вікна, по тиші пружною
|
| Рвутся тугие нервы, годы и километры,
| Рвуться тугі нерви, роки та кілометри,
|
| Крепко сжимают пальцы окоченевший воздух
| Міцно стискають пальці задубіле повітря
|
| Время гнилых устоев пенится, ждут героев…
| Час гнилих засад піниться, чекають на героїв…
|
| Ждут берега чужие тех, кто уходит в море,
| Чекають на береги чужі тих, хто йде в море,
|
| Страшно бывает утром, к вечеру все проходит,
| Страшно буває вранці, надвечір все минає,
|
| Сны – это только средство от беспросветной скуки…
| Сни – це лише засіб від безпросвітної нудьги.
|
| Здесь не бывает больно, здесь уже все привыкли
| Тут не буває боляче, тут уже всі звикли
|
| Рвать пустоту на части или ширятся пылью,
| Рвати порожнечу на частини або ширяться пилом,
|
| Плотно сидят на кайфе новые гегемоны,
| Щільно сидять на кайфі нові гегемони,
|
| Жадно вкушают счастье люди с глазами зомби…
| Жадібно куштують щастя люди з очима зомбі.
|
| В цепи нового света небо взорвет ракета,
| У ланцюгу нового світла небо підірве ракета,
|
| День ото дня все выше травы и небоскребы,
| З кожним днем все вище трави і хмарочоси,
|
| Страны третьего мира помнят историю Рима,
| Країни третього світу пам'ятають історію Риму,
|
| Что же здесь с нами стало, что же здесь с нами было…
| Що ж тут із нами стало, що ж тут із нами було…
|
| Снова часы на башне отбарабанят полночь,
| Знову годинник на вежі відбарабанять опівночі,
|
| Вечность застынет в камне, и бесконечный космос
| Вічність застигне в камені, і нескінченний космос
|
| Будет смотреть с тоскою на ненасытный хаос,
| Дивитиметься з тугою на ненаситний хаос,
|
| На города в руинах, на все, что от нас осталось…
| На міста в руїнах, на все, що від нас лишилося.
|
| Голод, третьи сутки холод,
| Голод, третя доба холод,
|
| Из потайных карманов лезет наружу осень…
| З потаємних кишень лізе назовні осінь.
|
| Я перестал смеяться, смех – это те же слезы,
| Я перестав сміятися, сміх – це ті ж сльози,
|
| Жаль, что опять напрасно, жаль, что опять все то же… | Шкода, що знову даремно, шкода, що знову все те саме… |