| Километры — гады, гады — годы,
| Кілометри — роки, роки — роки,
|
| Дорога даст ответ, кто ты таков.
| Дорога дасть відповідь, хто ти такий.
|
| Фанат — бродяга по своей природе,
| Фанат — бродяга за своєю природою,
|
| Как симбиоз эстетов и бойцов.
| Як симбіоз естетів та бійців.
|
| На всё забито!
| На все забито!
|
| На выезд, Питер!
| На виїзд, Пітер!
|
| Стрела Зенита на груди —
| Стріла Зеніту на грудях —
|
| Мы едем, чтобы победить!!!
| Ми їдемо, щоб перемогти!
|
| Пусть не всегда и всюду интересно,
| Нехай не завжди і всюди цікаво,
|
| И пусть не всё проходит на ура.
| І нехай не все проходить на ура.
|
| А за окном — опять чужая местность,
| А за вікном — знову чужа місцевість,
|
| А сверху злые невские ветра.
| А зверху злі невські вітри.
|
| На всё забито!
| На все забито!
|
| На выезд, Питер!
| На виїзд, Пітер!
|
| Стрела Зенита на груди —
| Стріла Зеніту на грудях —
|
| Мы едем, чтобы победить!!!
| Ми їдемо, щоб перемогти!
|
| Долгая ночь, лишенная страсти,
| Довга ніч, позбавлена пристрасті,
|
| Свет фонарей убаюкан и прост.
| Світло ліхтарів забайкане і просте.
|
| А ветер, как сфинкс — ко всему безучастный —
| А вітер, як сфінкс — до всього байдужого —
|
| Всю ночь сторожит заснеженный мост.
| Всю ніч вартує засніжений міст.
|
| Крошит пурга, как в кармане печенье,
| Кришить завірюха, як у кишені печиво,
|
| Петровский молчит, окольцованный льдом.
| Петровський мовчить, окольцований льодом.
|
| Я не нахожу кайфа в этом движеньи,
| Я не знаходжу кайфу в цьому русі,
|
| Когда зимние дни пойдут чередой.
| Коли зимові дні підуть чергою.
|
| Но будет март и взорвётся Петровский,
| Але буде березень і вибухне Петровський,
|
| И мощное «Питер!"в ушах гремит.
| І потужне «Пітер!» у вухах гримить.
|
| Наш мощный старт — мы порвём этот Moscow,
| Наш потужний старт—ми порвемо цей Moscow,
|
| Но будет март — я рвану на Зенит! | Але буде березень — я рвану на Зеніт! |