| Видишь, все это необъяснимо просто,
| Бачиш, все це незрозуміло просто,
|
| Пока все молчат о тюрьме, о суме…
| Поки всі мовчать про тюрму, про суму…
|
| Но ты не посмеешь забыть меня, Господи,
| Але ти не посмієш забути мене, Господи,
|
| Здесь — на краю Ойкумены!
| Тут на краю Ойкумени!
|
| Седлай мне коней —
| Сідлай мені коней—
|
| Я разрываю землю руками,
| Я розриваю землю руками,
|
| Я докопалась до памяти прошлых жизней.
| Я докопалася до пам'яті минулих життів.
|
| Я все еще в ней —
| Я все ще в ній —
|
| Я задыхаюсь от этой памяти,
| Я задихаюсь від цієї пам'яті,
|
| Я защищаю свое сознание, как знаю.
| Я захищаю свою свідомість, як знаю.
|
| Четыре попытки самоубийства
| Чотири спроби самогубства
|
| На один стакан.
| На одну склянку.
|
| Но я — все еще лучник хана
| Але я — все ще лучник хана
|
| С правом на первый выстрел.
| З правом на перший постріл.
|
| Все в темноте обретает чудесное свойство —
| Все в темряві знаходить чудову властивість
|
| Падать на пол, разбиваться вдребезги…
| Падати на підлогу, розбиватися вщент...
|
| И вот я прошу: не оставляй меня, Господи,
| І ось я прошу: не залишай мене, Господи,
|
| В этом модернистическом бреде.
| У цьому модерністичному маренні.
|
| Седлай мне коней —
| Сідлай мені коней—
|
| Я играю блюз на тетиве,
| Я граю блюз на тітці,
|
| У меня за спиной звенит монгольская степь.
| У мене за спиною дзвенить монгольський степ.
|
| Я все еще в ней —
| Я все ще в ній —
|
| Мой милый вчера захлопнул дверь,
| Мій милий вчора зачинив двері,
|
| Он знал, что дело не в песнях и не в красоте.
| Він знав, що справа не в піснях і не в красі.
|
| Ведь он умел читать по губам
| Адже він умів читати за губами
|
| И понял бы слишком быстро,
| І зрозумів би надто швидко,
|
| Что я — все еще лучник хана
| Що я — все ще лучник хана
|
| С правом на первый выстрел. | З правом на перший постріл. |